Кладбища Новосибирска заполнены почти на 90%, хотя ежегодно их площадь увеличивают на десятки гектаров. Ожидаемо возникает вопрос: возможно ли такое, что в городе негде будет хоронить людей? Спешим успокоить: Новосибирску такая проблема вряд ли грозит, ведь у нас есть два крематория. При этом постоянное расширение кладбищ остается проблемой не только нашего города, но и всей страны. НГС изучил, как растут новосибирские некрополи, как горожане предпочитают хоронить родных и близких и почему никто не знает, сколько в России кладбищ.
Мест почти не осталось
С 2023 по 2025 годы площадь общественных кладбищ в Новосибирске увеличилась на 43,3 гектара — об этом НГС сообщили в мэрии Новосибирска. Городские власти расширили территорию кладбищ Заельцовское, Инское, Северное и Клещихинское.
«Мэрией города Новосибирска проведена большая работа по увеличению территорий общественных кладбищ города Новосибирска за счет имеющихся городских территориальных ресурсов и территорий смежных муниципальных образований Новосибирской области», — добавили в мэрии.
Сейчас департамент инвестиций, потребительского рынка, инноваций и предпринимательства проводит инвентаризацию всех кладбищ — точные выводы о свободных площадях получится сделать после ее завершения в 2026 году.
Всего в Новосибирске действуют восемь общественных кладбищ: Гусинобродское, Заельцовское, Инское, Клещихинское, Северное, Южное и Южное-2. Их общая площадь составляет 652 гектара, а для будущих захоронений свободным остается 81 гектар — это около 12% территории. В общей сложности новосибирские кладбища заполнены почти на 90%.
О расширении кладбищ новосибирские власти сообщали и ранее. В декабре прошлого года начальник департамента потребительского рынка мэрии Александр Морозов рассказал, что площадь Северного кладбища увеличили на 500 квадратных метров, для этого на участках срубили около сорока деревьев.
Годом ранее мэрия увеличила на пять гектаров площадь Гусинобродского кладбища. Самым заполненным погостом было Инское — места на нем закончились еще в 2022 году. Кладбище расширили в конце 2024-го.
Как хоронят в Новосибирске
Так ли опасна заполненность городских кладбищ, как кажется на первый взгляд? Чтобы это понять, нужно изучить, как хоронят новосибирцев чаще: методом погребения под землю или кремации.
Полноценные данные о количестве умерших за год сейчас не публикуют в открытом доступе. Последний годовой отчет Новосибирскстата о смертности населения в регионе был за январь — декабрь 2023 года. По данным ведомства, в тот год в Новосибирской области умерло 35,6 тысячи человек (отдельных данных по Новосибирску нет).
В 2022 году в регионе умерло 38,3 тысячи человек: 29,4 тысячи в Новосибирске и 8,9 тысячи — в районах области. В 2021 году показатель смертности был значительно выше из-за коронавируса, тогда в регионе умерло 47 тысяч человек. Из них в Новосибирске — 25 тысяч, в области — около 12 тысяч человек.
Сделать предположение о том, какой вид погребения выбирают новосибирцы, можно при изучении данных мэрии о выделенных на кладбищах местах. НГС проанализировал показатели за последние пять лет и выявил закономерность.
Во-первых, количество погребений в землю ожидаемо зависит от уровня смертности. Во-вторых, мест для захоронения на кладбищах выделяют в среднем в два раза меньше, чем умирает людей.
Например, в 2023 году при смертности в 29,4 тысячи человек на всех кладбищах Новосибирска произвели 12,8 тысячи захоронений. Если верить статистике, 57% умерших горожан не были похоронены на новосибирских кладбищах.
Это устойчивая тенденция. В прошлом году методом погребения в землю похоронили не менее 12,3 тысячи человек, в 2024-м — 13,1 тысячи. В 2023 году на кладбищах похоронили 12,8 тысячи, в 2022-м — 14 тысяч умерших горожан. При этом только в 2022 и 2023 годах умерло в два раза больше людей. Даже если учесть, что часть хоронят в районах области, а еще некоторое количество за пределами региона, на кремацию всё еще может приходиться почти половина от всех погребений.
Какая есть альтернатива?
Вице-президент Союза похоронных организаций и крематориев Алексей Сулоев в разговоре с корреспондентом НГС объяснил, что высокие показатели кремации умерших — норма для всех регионов, где есть крематории. По данным эксперта, доля кремаций в таких городах достигает 60–75%.
Всего в России действуют 38 крематориев. В 60 регионах их нет, из-за этого средний показатель кремации по стране не превышает 10–12%.
«Но здесь крайне важно пояснить, что именно стоит за этой цифрой. Это не отражение отношения людей к кремации, а следствие отсутствия инфраструктуры», — подчеркнул Алексей Сулоев.
Он не считает, что низкий уровень кремации в России связан с религией и культурой, так как спрос на эту услугу в стране уже сформирован, и в большинстве случаев общество поддерживает строительство крематориев в своих городах.
«То есть проблема не в людях — люди уже готовы, проблема в механизмах и отсутствии четкого законодательства. Депутаты Госдумы уже более 15 лет не могут принять закон „О погребении и похоронном деле“. Уже столько раз пытались, а всё никак не получается», — добавил Алексей Сулоев.
Эксперт считает кремацию лучшей альтернативой постоянному расширению кладбищ в первую очередь из-за эффективности использования земли. Например, по его подсчетам, на пяти квадратных метрах можно разместить одно стандартное захоронение в гробу — или до 96 захоронений праха в колумбарии.
«Строительство нового кладбища площадью около 40 гектаров требует сотен миллионов рублей, а в ряде регионов приближается к миллиарду рублей бюджетных средств», — добавил вице-президент Союза похоронных организаций и крематориев.
Эксперт считает, что важнее не искать новые земли для кладбищ, а рационально использовать имеющиеся территории.
Что делать с кладбищами?
В обслуживании кладбищ, по мнению Алексея Сулоева, есть несколько системных проблем. Во-первых, сегодня не существует единого федерального органа или реестра некрополей. Никто точно не знает, сколько в России кладбищ. По данным специалистов по землепользованию, их может быть около 100 тысяч, а по данным похоронных организаций, до 600 тысяч, говорит эксперт. Особенно актуальна проблема для сельской местности.
«Всё отдано на откуп муниципалитетов, а они по закону не могут ничего сделать, у них связаны руки и нет денег. Это не местная, а федеральная проблема, и ею надо серьезно заниматься, проводя кладбищенскую амнистию, узаконивая незаконные кладбища и так далее», — уверен специалист.
Вторая важная проблема кладбищ, по мнению Алексея Сулоева, — высокий уровень коррупции. Примеры громких скандалов, связанных с кладбищами, есть во многих регионах, в том числе в Новосибирске.
«Земля, разрешения, доступ к информации — всё это при отсутствии цифрового учета создает серьезные риски злоупотреблений», — указал собеседник.
На нехватку земли на кладбищах влияет и то, что участок под могилу в России выделяется навсегда, и если у умершего нет родственников, то захоронение может провести без ухода десятки лет. В этих случаях помогает программа опекунства над брошенными могилами, внедренная с недавних пор в Москве.
«Полностью прекращать расширение кладбищ нельзя, но делать его главным и единственным решением — стратегическая ошибка», — считает Алексей Сулоев.
В то же время эксперт напомнил, что экстенсивная модель расширения кладбищ — это конечный путь, ведь в какой-то момент увеличивать площадь станет труднее. Кладбища требуют всё больше земли, и, следовательно, всё больше бюджетных расходов на их содержание.
Фото: Александр Ощепков / NGS.RU
Источник: https://ngs.ru